57. Синергетика о процессах самоорганизации. Информационное воздействие в условиях неравновесных социальных систем. У. Бек об обществе риска

Синергетика (от греч. synergos — совместно действующий) – теория среднего уровня, изучающая совместное действие внешней принудительной каузальности и внутренней саморефлексии социальных реалий, которая имеет характер случайных, непредвиденных колебаний. Её предметом является эффект возникновения из дезорганизации, беспорядка и хаоса самоорганизующихся структур, что можно изучать посредством междисциплинарных исследований.

Интерес ученых к проблемам порядка и хаоса возрастает в 70-80 годы прошлого столетия, что связано с образованием и институализацией синергетики.

У истоков синергетики стояли профессор-физик Г. Хакен4, лауреат Нобелевской премии бельгийский физико-химик И. Пригожин, российские математики и физики А.Н. Колмагоров, В.И. Арнольд, Я.Г. Синай и др. Учеными были проведены исследования самодвижения материи, в основе которых лежали вероятностные процессы необходимости и случайности. В случае с социальными системами применение принципов синергетики позволяет исследовать качественные изменения в обществе на основе учета взаимоотношений как между внешними и

внутренними факторами воздействия, так и соотношения рациональных и иррациональных действий людей. Эти факторы закладывают определенный потенциал непредсказуемости, иррациональности, непреднамеренности в процесс общественного развития.

Таким образом, синергетика пришла в социологию в конце 70-х годов из естественных наук.

Значение в социологии

Мироздание – «более не пассивная субстанция, описываемая в рамках механистической картины мира, ей также свойственна спонтанная активность». Из «спонтанной активности» социальных реалий следует, что мир устроен не рационально и что историческое развитие человеческой цивилизации связано со случайностью, многовариантностью и альтернативностью.

Темпы развития не заданы однозначно: «значимость временных масштабов варьируется в зависимости от объекта». С увеличением сложности структуры увеличивается и сложность динамики её развития, что связано с возрастанием эволюционных ритмов, непредсказуемых флуктуаций, которые становятся особенно рельефными, очевидными при переходе структурой определенного порога.

хаос отнюдь не означает отсутствие порядка вообще, как это представляется в классической науке. Более того, хаос может быть не только разрушителен, но и играть роль созидательной силы, порождая системы или переводя их на качественно новый уровень развития, что, стало быть, предполагает и новый определенный порядок. Одним из «главных выводов» синергетики является то, что «источником порядка является неравновесность. Неравновесность есть то, что порождает “порядок из хаоса”».

Согласно синергетике, порядок, развитие общества вообще не мыслится без бифуркаций – определенных периодов, в которых флуктуации внешних и внутренних факторов развития, а также непредвиденные последствия действий людей достигают критического уровня, что влечет за собой неустойчивость, возможности различных вариантов развития. Однако в результате общественная система может самоструктурироваться и выйти на более высокий уровень упорядоченности

в синергетике процесс общественного развития мыслится как непредсказуемая смена состояний общества и его структур, в отличие от классического видения развития от одной стадии к другой. При этом не предполагается четкого выявления ни причины, ни конкретных социальных акторов новых состояний.

5. Современные науки «избавились от слепой веры в рациональное как нечто замкнутое и отказались от идеала достижимости окончательного знания, казавшегося почти достигнутым».

Для понимания самоорганизующихся структур потребовался

принципиально новый теоретико-методологический инструментарий. Новая

методология получила название постнеклассической.

В основу теорий был положен неодетерминизм – принцип, обосновывающий нелинейность развития мира, отсутствие внешней причины, отказ от принудительной причинности, признающий естественность и неуничтожимость случайности и непредсказуемых флуктуаций.

Постнеклассическая методология ориентирована на изучение самоорганизующихся систем, для которых характерны две особенности: 1) система должна быть открытой для взаимодействия с окружающей средой — другими институтами и обществами; 2) число неупорядоченных флуктуаций должно превышать определенный минимум. Отдельный случайный ритм не позволяет указать конкретную причину и её следствие. Но по совокупности случайностей

вполне можно выявить статистическую причинность и общее, результирующее

следствие самоорганизации конкретной структуры.

Именно эта методология, по мнению ряда социологов, наиболее пригодна для исследования современных обществ и их структур, которые становятся все более открытыми для контактов с другими культурами вплоть до организации транснационального производства, участия в формировании единого мирового рынка, интеграции ценностей и норм других народов. Она позволяет изучать спектр возможных путей развития, когда каждый имеет лишь вероятностный характер, а также то, как система, подвергшаяся колебаниям факторов развития (включая и воздействия внешние) в зонах (точках) бифуркации, обретает такое состояние, при котором начинается процесс её самообновления, самоструктурирования с переходом на новый уровень упорядоченности.

У. Бек об обществе риска

Ульрих Бек (U. Beck) –немецкий социолог, автор теории общества риска. У. Бек получил разностороннее образование. В университетах Германии он изучал юридические науки, социологию, философию, психологию. Успешно защитил две диссертации. Преподает в ведущих университетах Германии и Лондонской Школе Экономики. Является директором Социологического института Мюнхенского университета.

Перу У. Бека принадлежат такие работы как: «Противоядие», «Политика в обществе риска», «Изобретение политического», «Общество риска: к новому модерну», «Что такое глобализация?» (последние две работы переведены на русский язык).

Риски модерна: методологические и социокультурные подходы

По мнению У. Бека, современный мир пока не вышел за рамки модерна, т.е. не перешел к постмодерну. Скорее, из классической, индустриальной стадии он развился в стадию общества риска, сохраняя при этом многие черты предшествующего развития. Бек полностью поддерживает идеи постструктурализма о неодетерниминизме и нелинейном развитии.

Из методологических ориентаций Бека следует, что риски модерна не уходят корнями в прошлое. Они, скорее, связаны с опасностями настоящего и будущего. Как считает Бек, прежние научные методологии, основанные на принудительной каузальности, более не являются удовлетворительными. Если при анализе рисков, ставка делается на выявление жестких причинно-следственных связей, то непредвиденными последствиями тому может быть аккумуляция современных рисков.

Социолог отмечает, что риски модерна вошли в противоречие с ориентациями людей на индустриальные социокультурные ценности, особенно это касается стремлений к росту благосостояния. Дело в том, что дальнейшее наращивание производства благ неминуемо ведет к увеличению рисков. Эта тенденция, считает Бек, прослеживается и среди стран. Рисков чаще и

больше встречается в менее развитых странах. Там чаще случаются технологические катастрофы. Более развитые страны могут даже получать экономическую выгоду от глобального увеличения рисков, разрабатывая технические новинки, минимизирующие риски, оказывая помощь специалистами по преодолению последствий катастроф. Однако, замечает социолог, риски модернизации рано или поздно затрагивают и тех, кто их производит или извлекает из них выгоду.

Наконец, отметим то, что риски модерна распределены неравномерно. Но это не значит, что какая-либо из стран мирового сообщества может находиться в полной безопасности. Социолог считает, что сложившаяся ситуация вовлекает в политику новых субъектов – «движения и партии граждан мира», которые проявляют рефлексивность в отношении рисков.

Рефлексивность структур модерна

Именно так Бек обозначает квинтэссенцию современной фазы модерна. По его мнению, главной особенностью современного западного общества является все увеличивающаяся свобода индивидов от влияния общественных структур. В результате перед людьми открываются невиданные ранее возможности рефлексивного созидания не только себя, но и обществ, в которых они живут.

Социальное как таковое не исчезает, но становится подверженным влиянию рефлексивности. Перед людьми открываются выборы социального контекста – в какие социальные отношения вступать и поддерживать, а в какие нет.

Рефлексивность распространяется на жизненные ориентации и ценности. Появляются новые тенденции в мышлении и поведении людей: если ранее они были прежде всего обеспокоены благосостоянием, то теперь – рисками. Их сознание все больше волнуют проблемы, связанные с предотвращением и минимизацией рисков. Более того, ментальность модерна, особенно отношение людей к рискам, способно влиять на характер их бытия. Модерн, считает социолог, производит не только риски, но и особую рефлексивность в отношении рисков. Не только специальные структуры, но сами люди начинают собирать информацию о рисках и их последствиях. Они перестают доверять официальным структурам и даже ученым. Рефлексивность распространяется на то, как общество, его структуры относятся к природе. Людей беспокоит то, что многие научные лаборатории начинают функционировать сами по себе, осуществлять эксперименты, которые могут иметь губительные непредвиденные последствия. К чему, например, могут привести опыты по клонированию человека сегодня предсказать не может никто

даже из специалистов. В противовес деятельности таких структур возникают группы индивидов, проявляющих особую рефлексивность, как в отношении политики центральной власти, так и функционирования институтов, производящих риски.

Таким образом, модерн, как считает Бек, производит не только новые риски, но и новые рефлексивные способности, позволяющие минимизировать данные риски.