Эта сказка начинается со слов: «Жили  старичок со старушкою; была у них дочка  да сынок маленький» (Так же начинаются многие народные сказки)  Но как дети могли оказаться у стариков? Пришло это из славянской мифологии. Дети росли в семье до 7-8 лет, потом их отдавали старцам набираться жизненного опыта. Старики и старухи знали очень много. После обрядов посвящения дети уже не нуждались в родительской опеке. Тогда только старик со старухой властвовали над ними.

          « Поехали старик со старухою на работу, а дочке наказывают, чтобы братца берегла. И за то привезут ей и булочку, и платьице справят». То есть, сказав эти слова, старики создали некий запрет. (Учёные считают, что вся жизнь первобытного человека была ограничена множеством запретов. Без разрешения нельзя было есть ту или иную пищу, пить те или иные отвары, покидать в одиночку становище, охотиться на то или иное животное. Нарушишь запрет – и придут в действие невидимые, злые, могучие силы.)   Девочка не послушала совета старших, нарушила запрет – она оставила братца играть на травке под окошком, а сама побежала на улицу.

«Налетели гуси-лебеди, подхватили мальчика, унесли на крылышках…Кликала, заливалась слезами, причитывала, что худо будет от отца и матери, – братец не откликнулся…Девочка угадала, что гуси-лебеди унесли её братца, бросилась их догонять.»

         Рассмотрим подробнее сказочный образ «гуси-лебеди».В славянской мифологии водоплавающие птицы: гуси, утки, лебеди – были особо почитаемы, так как именно на них пересекает Океан-море Даждьбог – бог Солнца. Вообще, птица принималась некогда за общепонятый поэтический образ, под которым представлялись ветры, облака, молнии и солнечный свет. В данной сказке они служат Бабе-Яге – единственному божеству.   Гусь в фольклоре предстает в образе болтливого, по-матерински заботливого, несколько глуповатого существа. А лебедь – противоречивый символ: света и смерти, преображения и меланхолии. То есть, гуси-лебеди  – это поэтический образ, созданный фантазией  человека.

«Бросилась девочка за братцем» – то есть, героиня сказки отправляется в путь, где она встретится с печкой, яблоней, молочной речкой с кисельными берегами. Печка – это символ домашнего очага. Яблоня -  символ земли-матушки,  символ плодородия. Символ жизни и достатка – молочная речка с кисельными берегами. И можно предположить, что все они не являются чужими, несущими зло девочке и её братцу, ведь все они предметы её мира.   Всё это не несет девочке зла! И действительно, что предлагают печка, яблоня и речка в обмен на информацию, куда полетели гуси-лебеди?

«Съесть ржаного пирожка»

«Съесть лесного яблока»

«Съесть простого киселька с молоком».

Разве это испытания? Непосильная работа для девочки? Нет! Но как она ведёт себя? Она не ест ни пирожок, ни яблочко, ни кисель:

-« О, у моего батюшки пшеничного не едят».

-« О, у моего батюшки и садовые не едятся».

- «О, у моего батюшки и сливочки не едятся».

Однажды, уже нарушив  запрет, она боится повторения, ведь неизвестно, какое ещё испытание может выпасть на её долю. Постоянно она говорит: «О, у моего батюшки…» – тем самым она даёт понять, что не совсем доверяет этим волшебным предметам: они находятся вне её дома. А значит, к ним надо относиться осторожно, какими бы ласковыми они не казались.  

  А почему для  печки, яблони и речки с кисельными берегами так важно, чтобы она съела их дары? Это опять же традиция древних народов, в том числе и славян – тем самым она как бы становится их рода-племени. (Этот обряд сохранился до сих пор – мы встречаем гостей дорогих хлебом-солью.)

  Не помогли девочке ни печка, ни яблоня, ни речка! Кто же указал ей дорожку? ЁЖИК. И при этом ни о чем её не просит. Почему? В славянской мифологии ёж – символ прикосновения, а свернутый в колючий шар, он представляет собой аналогию с солнечными лучами. То есть, теперь девочка прикоснулась к другому миру.

  «Видит: стоит избушка на курьих ножках,  стоит-поворачивается. В избушке сидит Баба-Яга».  Образ такой таинственной и страшной избушки на курьих ножках, находящейся в самой глуши дремучего леса, пришёл в народную сказку из древности. В глухой, непроходимой чаще, скрытые от посторонних глаз, стояли в первобытные времена эти странные избушки. Они были как бы ключом в загробный мир. Каждый мальчик, прежде чем стать воином или охотником, должен был пройти через такую избушку, чтобы получить тугой лук и тяжёлое копьё из рук давно умерших предков. А попасть к ним можно было, только пройдя через такую избушку. Поэтому герои сказок  даже не пытаются обойти её! Дверь в избушку повернута к лесу, то есть вход в жилище смерти находится со стороны смерти. Попасть в жилище Бабы-Яги непросто: надо знать заветные слова: «Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом». Не каждый человек, по мнению древних, имел право войти в загробный мир и побеседовать с предками – это мог сделать только посвящённый.  Поэтому девочка и не заходит в избушку: подкралась она к окошку, ухватила брата и бегом бежать.

         А гуси-лебеди за нею в погоню летят. Просит девочка речку спрятать её с братцем:

 - «Речка-матушка, спрячь меня!»

 - «Съешь моего киселика!»Съела киселька – спрятала их речка. Но только гуси-лебеди воротились, летят навстречу.

 - «Яблонь, яблонь-матушка, спрячь меня!»

 -«Съешь мое лесное яблочко!» Съела девочка яблочка яблоко – спрятала их яблоня.

Но гуси-лебеди вновь налетели, крыльями бьют.

-« Сударыня печка, спрячь меня!»

  -«Съешь моего ржаного пирожка!» Покружили гуси-лебеди над печкой и улетели.

Почему же теперь речка, яблоня и печка помогают девочке?   Изменилось обращение её к ним: теперь она говорит: речка-матушка, яблонь-матушка, сударыня-печка, что показывает не только уважение, но и её признание, что все они – её мир.  И потому на обратном пути девочка взяла дары речки, яблони и печки. Легко было войти на сторону неизведанного, а вот выйти – сложно.

Интересно ещё одно наблюдение: когда девочка бежит в лес, «СТОИТ молочная речка, кисельные берега», а когда возвращается с братцем – «БЕЖИТ молочная речка, кисельные берега». Бегущие воды реки – это жизнь, побеждающая смерть.

Благополучно вернулись дети домой. С момента нарушения девочкой запрета старших до её возвращения домой с братцем прошёл день. Но за это время она очень изменилась – она повзрослела, на что указывает и слово «девушка» в конце сказки.

Путь, который прошла девочка, можно разделить на несколько этапов:

наложение запрета – некий оберег от беды, мудрость старцев;

нарушение запрета – отсутствие чувства страха;

следствие этого нарушения – беда, действие злых сил;

путь испытаний и встречи в пути;

применение магических действий – стремление найти друзей, помощников;

возвращение к благополучию – приобретение жизненного опыта.

  Итак, на примере сказки «Гуси-лебеди» мы проследили отражение славянского мифа с волшебной сказкой. И связь эта неслучайная, так как сказка – это миф, оторванный от магии.

И становятся понятны слова: «СКАЗКА-ЛОЖЬ, ДА В НЕЙ НАМЕК!

  Детская сказка Гуси-Лебеди доступным языком учит ребёнка  исправлять свои ошибки и принимать мужественные решения. Своего рода работа над ошибками – девочка сначала ведет себя крайне легкомысленно, но осознав свою оплошность, преодолевает все трудности на пути и вызволяет брата. Сказка Гуси-лебеди  дает почувствовать ребенку, что  значит ответственность и социальная значимость старшего по отношению к  младшему (родителей к Машеньке, сестричке к братцу).

Конец формы